Там, где мир и война ходят рука об руку

07\07\14

Наш магазин в "Green Plaza" закрыли намного раньше окончания рабочего дня. В последнее время подобное происходило довольно часто. Волнения в городе заставляли руководство торгового центра принимать решение о закрытии, чтоб избежать различных инцидентов. Причину никто не озвучивал, но она была настолько очевидной, что говорить о ней вслух было глупо. С марта 2014-го раз в неделю нас отпускали домой пораньше. Каждый раз приходя на работу, внутри таилась надежда на то, что сегодня получится освободиться раньше 21:00. 

7 июля 2014-го это повторилось. Торговый центр был пуст. Медленно прогуливающихся посетителей не было, размеренно пьющих кофе парочек тоже, но митинги и демонстрации никто не проводил. Мы неторопливо поправляли товар, когда в магазин зашел охранник в белой рубашке с  бейджиком на правом нагрудном кармане, и сообщил, что на сегодня рабочий день окончен. Сотрудники были рады этому, а хозяева подсчитывали убытки - к тому времени они уже были готовы выводить свою сеть магазинов из Донецка. Если бы они знали наверняка, что их магазины не пострадают в результате артиллерийских обстрелов, то, скорее всего, они бы продолжили свою работу, но летом 2014-го расчетливые предприниматели пытались спасти свой бизнес от грядущей войны. 

Воодушевленные, мы вышли из торгового центра. Внутри закрадывались мысли о том,что это был последний наш рабочий день. К слову, так оно и оказалось. Погода была пасмурной. Серые облака затянули небо. Ощущение грядущей бури не покидало дончан. Серые лица мелькали мимо. Каждый торопился поскорей попасть домой. Тревога. Она была повсюду. Впилась в души всех, кто прочитал новость о том, что ополченцы оставили Славянск. Мне до конца в это не верилось. Украинские медиа регулярно сообщали о разгроме ополчения Донбасса Вооруженными силами Украины. Я продолжал тешить себя мыслью, что это очередная информационная провокация и попытка посеять панику уже в Донецке, где на окраинах шли бои за Донецкий аэропорт. Но подходя к торговым павильонам рядом с торговым центром "Континент", внутри меня всё оборвалось. У павильона с шаурмой стояли несколько людей в камуфляже. За последний месяц мы постепенно привыкли к защитным цветам. Парни, проникшиеся Русской весной, покупали в военторгах костюмы "горка" и щеголяли в них по городу, чувствуя себя частью чего-то великого. Но это были необстрелянные парни, которым только предстояло ощутить на себя, что значит война. Люди, покупающие себе шаурму, совсем не были похожими на тех молодых парней, что встречались в центре Донецка. Ощетинившиеся, взгляд острый, как лезвие бритвы, потрепанные, уставшие. Они оскалившись смотрели на проходящих мимо. Рядом женщина-амазонка с пятнами крови на форме сидела в изрешеченной пулями автомобиле. После я узнаю, что военные называют такие машины "джихад-мобилями". Взгляд ополченки был не менее суров. На коленях она держала автомат Калашникова. На ремне от АК я заметил пятна крови.  

Нам было их не понять, потому что многие из нас не могли даже представить, что значит жить в осажденном городе, какого переживать ежедневные артиллерийские обстрелы, какого хоронить мирных и братьев по оружию, закапывать их под свист пуль. Ополченцы приехали в ещё необстрелянный, как те щеглы в "горках", город. Когда они прорывались с боев из блокадного Славянска, Донецк мирно спал. Это создавало когнитивный диссонанс в сознании солдат. Война уже вошла в их жизни и была чем-то большим, чем всё то, что было до этого. Она полностью заняла их мысли. Увидеть мирную жизнь в сотнях километрах от того места, где творился ад, для них было невыносимо. В их сознании произошло столкновение мира и войны.

Мы же смотрели на военных с испугом. Впервые перед нами были настоящие военные. Не выряженные офицеры из кабинетов военкомата. Это были фронтовики. Несмотря на то, что в Донецке уже шли бои в районе аэропорта, но тогда я впервые увидел настоящих бойцов, за которыми по пятам шла война. Их прибытие в город означало одно — война скоро будет здесь. 

Три года спустя 

Ощущения меня не подвели. Боевые действия добрались до Донецка. Уезжая в мирные города, различные клерки и менеджеры обвиняли в этом ополчение. В их понимании ополченцы должны были раствориться в воздухе, умереть, уехать, потеряться на пути в Донецк, что угодно лишь бы не нарушать их привычный мирок с расписанным планом действий. После, сидя в пабликах вроде "Донецкие-киевские", они будут рассказывать о том, как тяжело им было покидать Донецк, но то, что ополченцы сотворили с городом, больше не является "их Донецком". В то время, когда дончане смотрели с надеждой на защитников Донбасса, они со звериным оскалом испускали тонны ненависти на тех, кто бросив всё, пошел защищать свои семьи от обезумевшего государства. 

...Подписание Минска-1, обострение конфликта зимой 2015-го, подписание Минска-2 — всё это осталось позади. Боевые действия были локализованы. Теперь война законсервирована в нескольких горячих точках. Завершение масштабных боевых действий позволило многим "уехавшим" вернуться в Донецк. Из-за того, что во время активной фазы вооруженного конфликта количество оставшихся в городе людей, по некоторым данным, приравнивалось к 300-400 тысячам жителей, а после возвращения в Донецк "уехавших" количество проживающих увеличилось до (примерно) 800 тысяч, у некоторых может сложиться впечатление, что дончане негативно относятся к военнослужащим. В одном из интервью мне задали вопрос: "Как изменился Донецк и дончане за три года?  Одна из ополченок сказала: "Раньше на нас смотрели с теплом и надеждой, когда шли в форме. А теперь чуть ли не с презрением". Что скажешь об отношении к армии простых людей?". На этот вопрос я ответил следующее: 

—  Изменился до неузнаваемости, если вкратце. Если чуть глубже, то изменений было много. Сначала люди уехали, осталась небольшая горстка: кто-то ушел воевать, кто-то продолжал жить, несмотря на то, что работы не было и перспективы настолько мрачные, что скорей тебя могли убить, чем увидеть прекрасное будущее. От этого менялись люди. В первую очередь те, кто остался. На личном примере знаю. Жизнь стала совсем по-другому выглядеть. Поэтому мы с уважением смотрим на наших военных. А потом вернулись те, для кого война так и осталась чем-то экранным. Что-то иллюстрированное и не реальное. На кого-то повлияли СМИ, кто-то решил что он пацифист, кто-то ещё что-то себе на уме держит. Но сейчас в донецком обществе всё снова поменялось. В жизнь внесли коррективы люди, которые отсиделись в мирных городах. И всё равно будь то российские, или украинские. Они не знают войну. Поэтому кто-то из них смотрит на военных косо. Из-за того, что в городе на момент активных боевых действий осталось мало людей, нас сейчас и не видно. "Возвращенцев" намного больше. По некоторым данным, количество людей в Донецке достигло довоенного уровня. Но те, кто знают, что такое война, никогда не будут на военных смотреть криво. Именно эти военные защищают нас, спасали многих из-под обстрелов, вывозили раненных. 

И вот, в разгар лета 2017-го, когда солнце печет и хочется отправиться куда-то на пляж, а не думать о войне и о том, насколько тяжело парням в окопах, я всё чаще попадаю на посты своих ровесников, где они жалуются на жизнь в ДНР. Аргументы всё те же: Лиги Чемпионов на "Донбасс Арене" нет, новинки в кинотеатрах показывают с опозданием, летом по ночам нужно гулять, а не сидеть дома из-за комендантского часа, нельзя купить модные брендовые вещи и прочее. Из-за подобных вещей молодые люди считают, что их "золотые годы" проходят зря. Всё их мышление сводится к тому, что "почему я должен свою молодость проводить так из-за войны".  Этим людям себя очень жалко, что вот так с ними распорядилась судьба. К сожалению, пишут это не только те, кто вернулись в Донецк, но и те, кто по тем или иным причинам забыли, что война совсем не окончена. Чаще те, кто себя спасает от мыслей о войне и просто игнорирует тот факт, что люди умирают в нескольких километрах от них. В своих бедах и плохом настроении они винят парней в камуфляже, которые возвращаясь с передовой, надеяться на благодарность горожан, чей сон они защищают, а получают презрительные и обвинительные взгляды. 

Стоит признаться, в Донецке устали все. Различие только лишь в том, кто от чего устал. Есть те, кому невыносимо терпеть непрекращающиеся обстрелы со стороны ВСУ и латать изрешеченный дом после попадания снарядов, а кому-то тяжело без хрустящего попкорна за щекой во время просмотра голливудской новинки в кинотеатре.  Почему так всё происходит?  Лично себе на этот вопрос я могу ответить так — у людей короткая память. После того, как угроза для жизни отдаляется, тут же просыпаются потребительские инстинкты. В этом нет ничего предосудительного. Это нормально, что люди хотят отдыхать, одеваться красиво и жить в комфорте. Правда, это нормально в мирной жизни. Если боевые действия идут в Зайцево и Коминтерново, это совсем не значит, что Донецк перестал быть военным городом. Куйбышевский, Петровский и Киевский районы так и остаются прифронтовыми, где так же продолжают жить дончане, которым хочется жить. В отличии от тех, кто засыпает в тишине - им достаточно того, чтоб мины не свистели над их головами. 

Военно-мирный диссонанс 

Спустя три года, когда я впервые увидел фронтовика в центре Донецка, я примерно понимаю, что они тогда чувствовали. Могли ли мы представить, что пережили военные в Славянске? Если и могли, то не в полной мере. Чтоб понять то, что происходило там, нужно было это пережить на себе. Теперь, когда я на себе ощутил, что такое свист мины и взрыв снарядов в нескольких метрах, я смотрю на мирную жизнь совсем по-другому. Диссонанс произошел в моём сознании, когда я прочитал очередной пост о "недостатках жизни в Донецке". Мне тяжело понять эту позицию, но глупо было бы отрицать наличие проблем. Но военный Донецк с мирными городами России и Украины сравнивать неправильно. Там, где мир и война ходят рука об руку, жизнь выглядит совершенно иначе. 

Жизнь в Донецке неотъемлемо связана и с миром, и с войной. В сознании у людей происходят столкновение конфликтующих представлений о жизни. Об этом писали классики Ремарк, Хэмингуэй, Фицджеральд и другие. Люди незнающие войны всегда будут относиться к фронтовикам с неким презрением. Ровно так же, как солдаты слабо могут разделить негодование по поводу отсутствия "ночных тусовок". 

P.S. 

 Когда мы вернулись из Канады и поселились на улице Нотр-Дам-де-Шан, а мисс Стайн и я были ещё добрыми друзьями, она и произнесла свою фразу о потерянном поколении. У старого «форда» модели «Т», на котором в те годы ездила мисс Стайн, что-то случилось с зажиганием, и молодой механик, который пробыл на фронте последний год войны и теперь работал в гараже, не сумел его исправить, а может быть, просто не захотел чинить её «форд» вне очереди. Как бы там ни было, он оказался недостаточно sérieux, и после жалобы мисс Стайн хозяин сделал ему строгий выговор. Хозяин сказал ему: " Все вы — génération perdue!» — Вот кто вы такие! И все вы такие! — сказала мисс Стайн. — Вся молодёжь, побывавшая на войне. Вы — потерянное поколение".  

Эрнест Хемингуэй. Праздник, который всегда с тобой 

  

promo denyaleto март 9, 2015 12:44 108
Buy for 50 tokens
Ты живешь в стране, в которой родился и считаешь своей Родиной. Ты её любишь такой, какая она есть, со всеми недостатками. Она неидеальная, так же как и всё в этом мире. Звезд с неба не хватаешь. У тебя работа, которая дает тебе энное количество денег, чтоб купить себе поесть, одеться, провести…

Error

Anonymous comments are disabled in this journal

default userpic

Your reply will be screened

Your IP address will be recorded